|
Что касается физиологии мозга, то представим себе исследователя, пытающегося по отдельным элементам (транзисторам, соединениям и т. д.) микросхемы современного компьютерного процессора понять, как работает компьютер! Он вытаскивает процессор целиком – компьютер умирает, нарушает одно из соединений – гаснет экран, другое – пропадает звук и т. д. А ведь таких соединений миллионы, и они взаимосвязаны! Не исключено, что через какое-то время после проведения такого исследования мог бы возникнуть тезис о душе и принципиальной непознаваемости компьютера.
В психологии, которая стоит ближе других наук к логике работы мозга, смогли наработать большой фактический материал. Рефлексы, подсознание, ассоциативное мышление, эмоции и их связь с конкретными областями мозга, работа органов чувств (при посредстве мозга) – это уже серьезные предпосылки, чтобы поставить вопрос об общей (черновой, рабочей!) модели. Наверняка, такие модели выдвигались, и лишь научная добросовестность (!) не позволила им перейти в философию, и, следовательно, в общественное сознание. Единственное место, куда они были допущены – это научная фантастика.
Философия, в силу своих глубоких корней и традиций, не успела заметить достижений конкретных наук и продолжает оперировать в этой области доказательствами и понятиями людей, живших в прошлом веке (или тысячелетии).
Так как же все-таки можно было бы поставить эту проблему, чтобы она действительно стала предметом исследования? В чем причина такой раздробленности, ненаправленности вопросов?
Похоже, что в цели. Каждая наука имеет свою утилитарную цель. Кибернетика – повышение могущества человека (ближнего) путем совершенствования компьютеров (именно цифровых, так как остальные в настоящее время не эффективны), медицина – улучшение здоровья того же человека (непроверенная теория опасна). Все цели абсолютно альтруистичны и потому так далеки от эгоистической цели Ницше, от его «призрака» – исследование ради познания, даже не ради, а потому, исследование из внутренней потребности.
|
|