|
Такое сугубо мирское отношение к потустороннему находит выражение в народной речи, изобилующей поговорками типа: «На Бога надейся, а сам не плошай», «Богу богово, кесарю кесарево», «Не согрешишь, не покаешься, не покаешься, не спасешься», «Твои слова да Богу в уши» и т. д. Собственно говоря, процесс секуляризации, который характерен для ХХ в., явился во многом просто выведением на поверхность этих обыденных прагматических взглядов, латентно содержащихся в реальном сознании и поведении тысяч людей, искренне называющих себя верующими. Бог и потустороннее занимают первое место оказывают реальное влияние на жизнь лишь весьма узкого круга: подвижников, аскетов, отшельников, монахов, святых. Оттого они и святы, что до зыбкой паутинки истончили пласт повседневных мирских забот и интересов.
Основной постулат объективно существующего наивно-материалистического сознания прост, хотя из него делались и делаются очень разные нравственные и житейские выводы. Его можно сформулировать так: «Этот эмпирический, данный мне в каждодневном опыте мир единственная реальность, известная мне непосредственно и достоверно. Потому в своем практическом поведении я поступаю, исходя из единственности наличного мира, где для выживания нужны материальные блага, где практически невозможно игнорировать требования чувственности, а человек смертен и умирает навсегда».
Усиление роли религии в современном обществе активизировало внимание исследователей к вопросу о соотношения науки и религии, знания и веры. Последняя имеет два значения: уверенность (доверие, убежденность) то, что еще не проверено, не доказано в данный момент, и религиозная вера. Контраверза знания и религиозной веры может вылиться в одну из трех основных позиций: абсолютизация знания и полная элиминация веры; попытка совмещения обоих полюсов, в особенности, современная философия религии.
Ее представители стремится дать философский анализ религиозных верований, обосновать их эпистемологический статус, определить условия их рациональности и истинности, эксплицировать смысл религиозного языка, охарактеризовать природу и функции религиозного (особенно мистического) опыта, установить возможные «модели веры» и т. д.
В размышлениях философов разных направлений и ученых конца ХХ в. можно встретить рассуждения о том, что научной мысли нужна вера, как правой руке левая, и неумение работать обеими не следует считать особым преимуществом. Обосновывается это тем, что в научном и в религиозном познании задействованы в принципе разные структуры человеческого существа. В науке человек действует как «чистый ум»; совесть, вера, любовь, порядочность все это «подмога» в работе ума ученого. Но в религиозно-духовной жизни, напротив, «ум это только рабочая сила у сердца».
|
|