|
|
Борьба с печенегами стала в Х в. насущной потребностью Руси. Вся плодородная лесостепь, густо покрытая русскими деревнями и городами, была обращена к степям, была открыта внезапным набегам кочевников, раскинувшихся по русской равнине на «месяц конного пути» от Дуная до Жигулей.
Каждый набег приводил к сожжению сел, уничтожению полей, угону населения в рабство. Поэтому оборона от печенегов была не только государственным, но и общенародным делом, понятным и близким всем слоям общества. И естественно, что князь, сумевший возглавить эту оборону, должен был стать народным героем, действия которого воспевались в былинах. Таким князем оказался побочный сын Святослава — Владимир.
В г. Любече, охранявшем подступы к Киевской земле с севера, жил в середине Х в. некий Малко Любечанин. Дочь его Малуша была ключницей княгини Ольги (матери Святослава), а сын Добрыня, очевидно, служил князю. Во всяком случае в былинах сохранилась память о том, что он был при княжеском дворе «конюхом да приворотчиком», а позже стал придворным — « стольничал-чашничал девять лет».
Малуша Любечанка стала одной из наложниц Святослава, и у нее родился сын Владимир (год рождения неизвестен), которого долго потом корили его происхождением, называя «робичичем» и «холопищем». Воспитателем при нем и стал родной дядя Добрыня.
Неизвестно, как сложилась бы дальнейшая судьба Владимира, но перед очередным и как потом окажется трагическим походом 970 г., Святослав решил посадить своих малолетних детей на княжение. Ярополку был оставлен Киев, а Олегу — Древлянская земля. В то же время Новгородцы, недовольные, может быть, властью княжеских наместников, прислали сказать Святославу, чтобы он дал им сына своего в правители.
Ни Ярополк, ни Олег не согласились княжить в Новгороде. Тогда Добрыня предложил Новгородцам просить в князья Владимира. Так юный «робичич» стал князем-наместником в Новгороде.
Через несколько лет после трагической гибели Святослава между братьями началась усобица, подогреваемая боярским окружением. В результате Олег Древлянский был убит, а Владимир, сбежав из Новгорода и три года пробыв за морем, привел с собой наемную варяжскую дружину и в 980 г. двинулся на Киев. Но кроме того, что он шел войной на Ярополка, он еще решил отбить у него невесту. Дело в том, что, будучи женат на гречанке-красавице, которую привез ему из похода отец, Ярополк сватался и к Рогнеде, дочери Полоцкого князя Рогволода (не Рюрикова рода). Владимир, чтобы склонить Полоцкого князя на свою сторону, также послал сватов к Рогнеде. Летописец говорит, что в таких затруднительных обстоятельствах Рогволод отдал дело на решение дочери. Но Рогнеда обидно отказала Владимиру, сказав, что не хочет идти за сына рабыни. Дружина Владимира захватила Полоцк. Князь Рогволод с двумя сыновьями был убит, а Рогнеда взята Владимиром в жены.
Из Полоцка Владимир двинулся уже непосредственно на Киев. Не без предательства людей из собственного окружения Ярополк был убит двумя варягами при попытке помириться с братом. Таким образом, Владимир сел на киевский престол и стал единовластно княжить во всей Руси. Первым его делом была женитьба на вдове убитого брата — гречанке
(поскольку многоженство в язычестве не возбранялось).
Как пишет Карамзин: «Владимир с помощью злодеяний и храбрых Варягов овладел государством, но скоро доказал, что он родился быть Государем великим». Варяги считали себя завоевателями Киева и требовали в дань с каждого жителя по две гривны. Протянув время обещаниями, Владимир укрепил и умножил русскую дружину, после чего изгнал из Киева ненужных уже варягов-наемников.
Будучи ярым язычником, Владимир стал сильно теснить христиан, которых в Киеве к тому времени было уже достаточно много, причем еще со времен Игоря они имели свой соборный храм — Святого Ильи. По княжескому приказу был изготовлен новый истукан Перуна — бога грозы и войны — с серебряной головой и золотыми усами, и поставлен близ теремного двора на священном холме, вместе с другими истуканами. Там, говорит летописец, стекался народ ослепленный и земля осквернялась кровью жертв. Добрыня, посланный племянником управлять Новгородом, также поставил на берегу Волхова богатый кумир Перунов. (Тут надо учитывать, что летописец христианин и соответственно его отношение к язычеству).
«Но сия Владимирова набожность — пишет Карамзин — не препятствовала ему утопать в наслаждениях чувственных. Первою его супругою была Рогнеда, мать Изяслава, Мстислава, Ярослава, Всеволода и двух дочерей; умертвив брата, он взял в наложницы свою беременную невестку, родившую Святополка (окаянного); от другой законной супруги, Чехини или Богемки имел сына Вышеслава; от третьей Святослава и Мстислава; от четвертой, родом из Болгарии, Бориса и Глеба (по другому источнику их матерью была греческая царевна Анна). Сверх того, ежели верить летописи, было у него 300 наложниц в Вышегороде, 300 в Белгороде, и 200 в селе Берестове. Всякая прелестная жена и девица страшилась его любострастного взора, он презирал святость брачных союзов и невинности. Одним словом, Летописец называет его вторым Соломоном в женолюбии».
Став Великим князем, Владимир значительно расширил и упрочил Русь как государство всех восточных славян. К его княжению относится окончательное подчинение русскому князю племен, живших на восток от великого водного пути. В 981 и 982 гг. были предприняты им походы на вятичей, которые были побеждены и обложены данью, какую прежде платили Святославу. Та же участь постигла и радимичей в 986 г. Первый поход Владимира на болгар состоялся в 987 г. В летписи под 994 и 997 гг. также упоминаются удачные походы на волжских болгар, а в 1006 г. с ними был заключен торговый договор, по которому им было позволено торговать по Оке и Волге.
Ко времени княжения Владимира относятся первые столкновения Руси с западными славянскими государствами. В 981 г. вследствие войны с Польшей к Руси были присоединены Перемышль, Червен и другие города Червонной Руси. Но завоеванием Червенских городов дело не кончилось: в летописи под 992 г. упоминается еще поход Владимира на хорватов, а по некоторым спискам в это же время Владимир воевал с Мечиславом (польским королем) «за многие противности его» и одержал над ним блистательную победу за Вислой. При сыне Мечислава Болеславе Храбром был заключен мир, скрепленный дополнительно родственным союзом: дочь Болеслава была выдана замуж за Святополка.
Довольно аморфное раннефеодальное государство — Киевскую Русь — правительство Владимира стремилось охватить новой административной системой, построенной, впрочем, на типичном для этой эпохи слиянии государственного начала с личным: на место прежних «светлых князей», стоявших во главе союза племен, Владимир сажает своих сыновей:
Новгород — Ярослав, Полоцк — Изяслав, Туров — Святополк, Ростов — Борис, Муром — Глеб, Древлянская земля — Святослав, Волынь — Всеволод, Тмутаракань — Мстислав. От Киева к этим отдаленным городам прокладываются «дороги прямоезженные», нашедшие отражение в былинах, связывающих их с именем Ильи Муромца.
Но, по-прежнему, оставалась нерешенной главная задача внешней политики Руси — оборона от печенежских племен, наступавших на Русские земли по всему лесостепному пограничью.
Летопись вкладывает в уста князя Владимира следующие слова:
"-И рече Володимер: «Се не добро, еже мало город около Киева» — И нача ставити городы по Десне и по Остру, и по Трубежу, и по Суле, и по Стугне. И нача нарубати (набирать) муже лучьшее от Словен и от Кривичъ, и от Чюди, и от Вятичъ, и от сих насели грады. Бе бо рать от печенег и бе воюяся с ними и одаляя им».
Эти слова летописи содержат исключительно интересное сообщение об организации общегосударственной обороны. Владимир сумел сделать борьбу с печенегами делом всей Руси, почти всех входивших в ее состав народов. Ведь гарнизоны для южных крепостей набирались в далеком Новгороде, в Эстонии (Чудь), в Смоленске и в бассейне Москвы-реки, в землях куда ни один печенег не добирался. Заслуга Владимира в том и состоит, что он весь лесной север заставил служить интересам обороны южной границы, шедшей по землям Полян, Уличей и Северян. Из самых близких к Киеву городов были построены Василев на Стугне и Белгород на Днепре. Города Треполь, Тумащ и Василев соединяли валы. Постройка нескольких оборонительных рубежей с продуманной системой крепостей, валов, сигнальных вышек сделала невозможным внезапное вторжение печенегов и помогла Руси перейти в наступление. Тысячи русских сел и городов были избавлены от ужасов печенежских набегов.
Князь Владимир испытывая большую нужду в крупных военных силах, охотно брал в свою дружину выходцев из народа, прославившихся богатырскими делами. Он приглашал и изгоев, людей, вышедших поневоле из родовых общин и не всегда умевших завести самостоятельное хозяйство; этим князь содействовал дальнейшему распаду родовых отношений в деревне. Изгойство переставало быть страшной карой — изгой мог найти место в княжеской дружине.
Победы над печенегами праздновались весьма пышно, что также нашло отражение в летописи. Князь с боярами и дружиной пировал на «сенях» (на высокой галерее дворца), а на дворе ставились столы для народа. На эти пиры съезжались «посадники и старейшины по всем градом и люди многы». Знаменитые пиры Владимира воспеты и в былинах в полном согласии с летописными записями:
Во стольном городе во Киеве,
У ласкова князя у Владимира
Было пированьице почестен пир
На многих на князей на бояров,
На могучиих на богатырей,
На всех купцов на торговыих,
На всех мужиков деревенскиих.
|
|